Собрав волю в кулак, он вновь уставился в витрину. Внимание его привлек галстук. Серый галстук из шерстяной ткани с вышитой на нем темнокрасными фигурками, стилизованными под буквы греческого алфавита. Он решил, что галстук ему очень понравился. Стоил он три с половиной доллара. Стараясь не покачиваться, Хэдли откашлялся и вошел в магазин.

- Добрый вечер, сэр.

- Добрый вечер. Мне понравился галстук в витрине. Серый с красным рисунком. Слева.

- Вас не затруднит показать, какой именно.

- Отнюдь, - Хэдли показал.

Продавец снял точно такой же со стойки.

- Положить в коробку или в пакет?

- В пакет.

- Очень красивый галстук, сэр.

Он дал продавцу пятерку. Получил сдачу и пакет.

- Благодарю вас, сэр. Спокойной ночи.

* * *

- Спокойной ночи, - твердым шагом он вышел из магазина, очень довольный собой. Зашел, купил, поговорил с продавцом. Если ему потребуется доказать, что он не был пьян, продавец это засвидетельствует. "Да, я помню этого господина. Заходил в магазин незадолго от закрытия. Купил серый галстук. Трезвый? Ну, может, пропустил пару стаканчиков. Но держался более чем пристойно".

А вот гдето между магазином и домом память отказала полностью. Вроде бы остались очень смутные воспоминания о ссоре с Сарой. Но, с другой стороны, ссорились они чуть ли не каждый день.

Он растерся жестким полотенцем и вернулся в спальню. Подумал о том, что остался без работы, и почувствовал панику. Новую найти будет не такто легко. А о такой же просто не могло быть и речи. В рекламном бизнесе новости распространялись со скоростью лесного пожара.

Может, оно и к лучшему. Может, пока сменить работу, город, образ жизни. Может, и с Сарой отношения наладятся. Но его охватил страх. Страх перед будущим, страх за себя. Такого сильного похмелья у него еще не бывало. Грезы, яркие, четкие, путались с реальностью. Он всматривался во впечатавшееся в память лицо Дрисколла и надежда на то, что оно ему привиделось, таяла и таяла.